История: Химмаш

Герои и антигерои

О положительных и отрицательных персонажах со страниц заводской газеты «За химическую аппаратуру»
В 1930-е годы страна переживала период индустриализации, связанный как с позитивными, так и с трагическими явлениями. Новое общество, строившее социализм, вырабатывало новые культурные нормы, новые идеалы, даже (по мнению некоторых исследователей) новую религию, помимо этого появлялись новые герои и антигерои. Галерея тех и других предстает на страницах заводских многотиражек, таких, например, как газета «За химическую аппаратуру», издававшаяся на Химмашстрое в 1934-1935 годы.
Героем мог быть местный партиец, ответственный руководитель, но чаще всего на страницы газет попадали ударники.
Героем мог быть местный партиец, ответственный руководитель, но чаще всего на страницы газет попадали ударники. Особым почетом пользовались ударники, систематически перевыполнявшие план. Способов чествования было несколько – например, печать портретных снимков ударников. Фотографии могут представлять из себя ударников за работой, пристально смотрящих в объектив камеры, или коллажи. Иногда бригаду называли в честь ее бригадира, например, «суворовцы».

К проблемам ударников прислушивались. «Я на УСХМ работаю столяром с 20 января 1934 года, – сообщает ударник столярки Замараев. – С 1-го апреля ударник. С тех пор, как принял на себя звание ударника, у меня не было ни одного прогула, ни опоздания. Программу выполняю на 110-120, 126 процентов. Но меня почему-то никто не видит. Никто со мной не побеседует, не спросит, как я живу, где я живу, как идет работа и т.д. А я хочу, что бы меня знали и помогали мне». Далее следует письмо редакции о том, что обиды Замараева справедливы, что профорги не ведут учет ударников, не беседуют с ними и не справляются о их нуждах.
Плакат "Выполним план Великих работ!". Г. Клуцис, 1930
Если героями стройки были преимущественно ударники, то выбор антагонистов был куда более разнообразен. Глоссарий «обвиняющих» терминов был пусть и не слишком широким, но понятным любому. Самым «легким» было, пожалуй, обвинение в некультурном поведении, например, товарища Мартынова, работающего в кабинете машиноэкскаваторной станции, от которого только и слышен «мат и скверные анекдоты». Более строгое отношение было к начальниками-грубиянам. Одну из претензий изложила редакция газеты, осудив управделами Корсунцева, от которого редакции потребовался письменный стол. Корсунцев в весьма грубой форме отказал редакции, в ответ на что редакция отправилась к начальнику строительства Звереву, и тот приказал Корсунцеву дать редакции стол, однако и тогда поручение выполнено не было. Статья сопровождается карикатурой на Корсунцева. Карикатуры удостоился также начальник планового отдела Уралстройхиммаша Чижов, который «очень грубо обращается со своими сотрудниками и рабочими».

Следующим часто встречающимся обвинением было отсутствие дисциплины, а также отсутствие борьбы за дисциплину. Оно могло быть предъявлено как отдельным личностям, например пожарному Медведеву и сторожу, покинувшим свой пост, так и целому участку стройки, как это произошло с конным двором, который 13-го января вышел на работу в 10 утра.

Нередки обвинения в бесхозяйственности. В основном такая претензия предъявляется крупным руководителям (хотя мелким начальникам тоже попадало).
Например, начальника ОРСа Федорова обвиняют в том, что 15,5 тонн капусты сгнило, поскольку она была вовремя не засолена.
В особых случаях призывали прокурора. Так, в январском номере газеты прокурора просят проверить Сарапульский лесоучасток в связи с «вопиющей бесхозяйственностью» и возможным жульничеством. Предыдущего начальника лесоучастка исключили из партии и привлекли к уголовной ответственности (за пьянку и дебоши), так что призыв повторно привлечь прокурора звучит весьма угрожающе.

Жульничество становится следующим по строгости обвинением. Этот термин может применятся и по отношению к сторожу, предположительно присвоившему себе 11 простыней, и бухгалтеру, предположительно обогатившемуся на 175 рублей, и начальнику железнодорожного транспорта, который преувеличивает вес перевезенных грузов, тем самым «разваливая» железную дорогу и становясь еще и дезорганизатором.
Строительство железнодорожной ветки на УХМС. Шарж из газеты "За химическую аппаратуру", 17 декабря 1934
Наиболее серьезным обвинением становится «вредительство». Есть только одна статья, которую можно косвенно отнести к обвинению во вредительстве, под названием «Техническая неграмотность или вредительство». В статье автор описывает неправильную укладку шоссейной дороги и обвиняет десятника этого участка в некомпетентности (или вредительстве).
Автор: Александр Думчиков.
Подготовлено по материалам газеты «За химическую аппаратуру»